ФЭНДОМ


Азиатский экономический кризис (также Финансовый кризис 30-х годов, Восточный коллапс) — экономический кризис в Восточной Азии, который разразился в 2033 году и стал серьёзным потрясением мировой экономики в середине 2030-х годов. Подоплёкой кризиса стала стагнация экономик «азиатских тигров» при сохранении неоправданно высокого роста ряда отраслей, который способствовал массивному притоку капитала в эти страны, росту государственного и корпоративного долга, перегреву экономики и буму на рынке недвижимости.

Начало кризиса

Начиная с 1980 годов китайская экономика росла в среднем на 10% в год. К концу 1990-х темпы замедлились до 8%, но с вступлением КНР во Всемирную торговую организацию в 2001 году приток прямых иностранных инвестиций и расширение экспорта привели к новому ускорению самой динамичной экономики мира.

В 2015 года в экономике Китая начались серьёзные проблемы. Народный банк Китая произвел резкую девальвацию юаня из-за проблем с экспортом (подобного обвала национальной валюты Пекин не допускал с 1994 года). В результате китайский фондовый рынок упал на 29 %, потеряв почти 3 трлн. $ капитализации. В 2016 году юань был вновь девальвирован, что также вызвало отток капитала из экономики страны, при этом общий долг Китая вырос до рекордных 237% от ВВП. Тогда, с целью стабилизации курса юаня Китай начал сокращение национальных резервов иностранной валюты. Ситуация стабилизировалась, однако темпы экономического роста стали постепенно сокращаться.

Шэньчжэнь

Шэньчжэнь в 2029 году — ведущий город Китая

В начале 2030-х в мировой экономике наступил кризис — окончательно схлопнулся экономический рост в Восточной Азии: экономики Азиатско-тихоокеанские региона продолжали стагнировать с середины 2020-х годов, а в 2031 году начался их спад. Сильнее всего от «торможения» экономики Китая страдали Гонконг, Сингапур, Таиланд, Индонезия, Корея и Тайвань.

На первых этапах инвесторы не предали большого значения спаду в экономике Китая — фактически она завершила индустриальный рост вслед за Японией, Корей и Тайванем, но всё ещё обладала колоссальными ресурсами для развития — в первую очередь за счёт освоения новейших технологических отраслей (комическая промышленность, энергетика, робототехника, биотехнологии и т.д.). К тому же аналогичный кризис экономика Китая пережила в конце 2010-х, когда происходил кризис, однако китайская экономика продолжала развиваться за счёт освоения новых отраслей.

Теперь же проблемы возникли на фоне чрезвычайно перегретого строительного рынка — он уже более десятилетия не реагировал на реальные потребности, а стал очень выгодным инструментом инвестиций. При этом именно вливание денег в строительную отрасль в последние годы удерживали околонулевой уровень роста экономики Китая. Усилиями административного регулирования со стороны правительства удавалось оттягивать момент с окончательным перегревом экономики. Регулярные девальвации юаня перестали давать должный эффект и лишь становились угрозой для финансовой системы «Поднебесной». Более того, существенно зарегулированная государством банковская система Китая переживала не лучшие времена: китайская экономика была чрезвычайно закредитована.

Последствия

Новый шёлковый путь

Новый Шёлковый путь

Вслед за Китайской экономикой кризис перешёл на соседние азиатско-тихоокеанские страны, а вслед за ними на Россию и Ближний Восток. В 2032 году волна кризиса дошла до стран Атлантики. Замедление экономики Китая серьёзно повлияло на всю Евразию: открытый в 2030-м году Новый шёлковый путь стал терять свою актуальность. Несмотря на то, что торговля между Европой и Восточной Азией оставалась достаточно интенсивной, тем не менее, мегапроект не оправдывал своих экспансионистских амбиций.

Сообщения о болезни китайской экономики были насторожены встречены в Африке, которая серьёзно зависела от китайских инвестиций. Многие экономисты предсказывали традиционную для предыдущих кризисов реакцию экономических агентов — вывод денег из развивающихся экономик для сохранения. Однако произошла другая реакция: в попытках сохранить свои деньги началось два диаметрально противоположных движения финансов: одни инвесторы стремились вернуть деньги в развитые страны Атлантики, а другие, напротив, переместить их в стремительно развивавшиеся страны Африканского контента. Главными выгодоприобретателями стали Южно-Африканская Республика, Кения и Гамбия, которые были экономическими лидерами своего региона.

Прилив «азиатских» денег в экономики Европы и Африки благоприятно сказались на развитии их торговых взаимоотношениях. Постиндустриальная экономика Европейского союза легко восприняла промышленный кризис в Азии, сумев перестроиться на Африканские и Южноамериканские производства. В тоже время, финансовые ресурсы из Азии, смогли удержать высокий уровень потребления внутри Европы, что позволило промышленным странам легче пережить кризис.